Вопрос читателя: “Какие образовательные программы и сертификации считаете полезными для продакта?

Не говорю про самообразование и постоянное "затачивание пилы", а именно с целью документального подтверждения навыков (например, при собеседовании) – что было и полезно вам и ценно для работодателей”.

Я, конечно, не могу сказать за всех работодателей в мире и ограничена только своим опытом.

Лично мой честный вам ответ – никакие. Ни в одном месте, куда я устраивалась на работу, меня не просили предъявить “корочки”. Я сама ни разу не смотрела на список законченных курсов кандидата, когда принимала решение о найме.

У меня нет ни одной сертификации или диплома (кроме как о получении высшего образования). Когда я устраивалась на работу в Яндекс, одно из собеседований было про статистику – а я в статистике была ни в зуб ногой. Когда я пришла работать в Suitepad, мне надо было проводить пользовательские исследования, что я раньше никогда не делала. В Intercom нужно было уметь работать с SQL, чего я, опять же, не знала.

У меня таких примеров – миллион и маленькая тележка. И ни в одном из них отсутствие какого-то специального навыка и, тем более, документального подтверждения этого навыка, не стало препятствием для получения работы или профессионального роста и повышения. Все потому, что умные работодатели понимают несколько вещей:

1. По своей природе, профессия продакта похожа на любую руководящую должность. Не могу представить ситуацию, где интервьюер говорит: “Ну да, вы классный менеджер, умеете строить команды с нуля, вести людей за собой и приносить деньги компании, но вот сертификатика про Agile у вас нет. Жаль-жаль, придется вам отказать”. Des Traynor, один из основателей Intercom, успешно переключается между разнообразными C-level должностями: какое-то время был CMO, до этого – CPO, а после - COO. Многие tech компании также практикуют “взаимозаменяемость” топ менеджеров. Все потому, что их ключевые навыки, как и у продактов, в большей степени относятся к soft skills или к независимым от функции hard skills (например, стратегия или приоритезация).
2. Продакт-менеджер – это швейцарский нож; набор “инструментов”, который вам потребуется, будет сильно зависеть от нанимающей компании. Где-то будет нужен уклон в маркетинг, где-то в анализ данных, и так далее. Все знать невозможно, и адекватные работодатели это понимают.
3. Хороший продакт должен уметь быстро во всем разбираться – и иногда курс или сертификация действительно могут в этом помочь. Однако даже в этом случае “корочка” – лишь ненужный артефакт. Ни один диплом не докажет, что вы не просто усвоили знания, но и, что гораздо важнее, научились их применять на практике. Ни одной компании не нужен продакт с сертификатом по Data Science – но нужен продакт, который умеет принимать решения на основе данных. Фокусируйтесь на результате, а не на средствах его достижения. В этом случае часто оказывается, что нам не нужен курс за 20 тысяч рублей; можно прочитать книгу, пару статей, а все остальное осваивать уже в “бою” :)

Сразу также отвечу на популярный вопрос от проджект-менеджеров: нужна ли сертификация PMBOK или Agile, чтобы найти работу. Прежде всего должна сказать, что уже давно не сталкивалась с подобными вакансиями в продуктовой разработке; мне кажется, за границей это все больше и больше становится рудиментом (конечно, не говорю здесь об агентствах). Когда я работала в России, ни у кого из моих знакомых проджектов таких сертификатов не было.

И еще одна важная оговорка: мы не затронули тему MBA, так как это отдельная и очень объемная история. Приходите слушать нашу трансляцию с Юлей Нечаевой, где она будет говорить про свой опыт с MBA в одном из топовых американских университетов и как это повлияло на ее карьеру https://t.me/proproduct/956 (https://t.me/proproduct/956)

Защита прошла!

Студенты MAD #5 защитили свои проекты! Ребята молодцы: проделали огромную работу, ответили на вопросы жюри, волновались, конечно, но прошли этот важный рубеж.

Что ж, теперь можно обсудить, что ребята показали жюри, и чем эта защита отличалась от прошлых.

Во-первых, защита выпала на рабочий день. Из плюсов — пришли действительно заинтересованные зрители, и такой свободный зал не так сильно шумит и пугает во время выступления. Однако, это же и минус — всё же приятно, когда зал заполнен продактами и дизайнерами из крутых компаний, которых ты можешь заинтересовать.
Во-вторых, некоторые проекты были из смежных областей: спорт, мотивация, искусство, здоровье. К счастью, в ходе жеребьёвки они все перемешались.
В-третьих, приятно порадовал уровень визуала. Толи ребята все сплошь с графдизайнерским бэкграундом, толи они прокачались с Александром Ловягиным на блоке UI — как бы то ни было, результат получился красивым.

Теперь о самих проектах, точнее о тех, что зацепили.

Всех поразил проект Labyrinth Алины Русаковой (facebook.com/rusakova.alina) — приложение для горнолыжников и сноубордистов. Когда она выступала, и зал, и жюри были полностью поглощены, само собой, кто-то достал телефоны и снимал. И даже после защиты обсуждение проектов так или иначе заканчивалось её проектом. Если бы у нас были приз зрительских симпатий и признание выпускников, она бы унесла их оба.

Скажу честно, мне проект не сильно зашёл: я не горнолыжник, и сноуборд точно не моё, но Алина всё равно молодец.

А вот приложение для борьбы со словами–паразитами Tomato Word от Ани Васильевой (facebook.com/annvasiliska) однозначно мой фаворит. Все эти «эм», «и», «ну», «как бы», «собственно» и прочие — настоящая головная боль для тех, кто готовится к выступлению (Аня сама честно призналась, что была бы рада наличию такого приложения, когда готовилась к выступлению). Простое визуальное решение и платный режим со штрафом в 1₽ за каждое слово–паразит — это огонь.

Идём дальше. Кто бы мог подумать, что между кураторами и художниками нет чёткого канала коммуникации?! Оказывается, так и есть. Аня Пестич (facebook.com/anya.pestich) узнала, почему так происходит, и взялась решить эту проблему и свести их друг с другом в своём приложении re: art (жаль, не знаю, как и почему она докопалась до этой боли). Приятно, что она провела такой ресерч и смогла предложить решение проблем пользователей — именно так и должен работать дизайнер.

Ира Кухтерина (facebook.com/ira.kuhterina) нашла боль в том, что она сильно пала духом, пытаясь найти тему для своего проекта, и это сильно цепляет (год назад сам прошёл через такое же). Чтобы как-то с этим справиться, она создала Nevergiveapp (нейминг, кстати, огонь; у ребят на курсе с этим вообще хорошо) — приложение для поддержки и поднятия самооценки. Жюри очень высоко оценило степень проработки MVP, ведь она практически показала бета–версию, которую уже завтра можно протестировать на себе. Не могу сказать, что такое решение сработает (всё–таки эмоциональные состояния уникальны), но сам факт того, как много она сделала, впечатляет.

Остальные ребята тоже старались, и я мог бы продолжать и дальше, но у нас ограничение по времени (ba-dum-tss), поэтому ограничимся этим топ-4. Впереди у ребят второй семестр, где они будут работать в командах над проектами по брифам реальных заказчиков (даже самому интересно, что за проекты у них будут). Увидимся с ними и с вами уже в 2019 году!🎄

Дмитрий Ваницкий написал о дофамине, серотонине, окситоцине и эндорфине в контексте проектирования взаимодействия.

Повышение уровня этих гормонов дарит ощущение умиротворения, радости и вдохновения. Понимая, как они работают, можно по-новому взглянуть на уже устоявшиеся методики и придумать новые, более эффективные способы проектирования взаимодействия, помочь людям обрести новые привычки. Моделируя поведение с выработкой этих гормонов, мы можем закрепить в памяти людей нужные нам паттерны.

Дофамин стимулирует искать новую информацию. Если хотите работать с дофамином, следуйте схеме: стимул — вовлечение — действие — вознаграждение — стимул. Так работает любого рода игрофикация.

Стоит рассказывать о новых функциях и поощрять пользователя самостоятельно изучать сервис. Например, с помощью онбординга, пасхальных яиц, случайных действий (при закрытии задачи в Asana иногда появляется единорог) или подарков.

Окситоцин вызывает у нас чувство удовольствия от оказанного нам доверия или от того, что есть кто-то, кому мы можем довериться.

Показывайте людям, что они принадлежат одной группе. Например, Nike организует сообщество любителей спорта, Twitter перед редизайном выделили группу лояльных пользователей и лидеров мнений и раскатали новую версию только на них.

Используйте социальные поглаживания (похвала или другой способ выражения одобрения, обличённый в социально приемлемую форму) и держите свои обещания.

Серотонин мы получаем, если в чём-то превосходим других.

Дайте людям измеритель чего-бы то ни было, и они начнут меряться. Это могут быть разного рода лидерборды (кто больше, кто быстрее, кто лучше, кто меньше и так далее), символы статуса и награды (бейдж awwwards или оценка курируемой галереи на Behance).

Эндорфин мы получаем во время опасности для нашей жизни, в основном при болевых ощущениях. Благодаря ему мы чувствуем радость, когда превозмогая боль достигаем цели: тренируемся на износ, заканчиваем что-то важное, бьём свои рекорды.

Сглаживайте негатив, который пользователю необходимо будет пережить, и усиливайте действие эндорфина с помощью юмора.

https://medium.com/design-spot/cb37b9e0b629

Александр Слобженинов из Walsh написал, как стать дизайнером одной из лучших студий в мире.

1. Больше времени тратьте на самообразование, а не заказы. Если человек что-то уже делал, это не значит, что он делал это хорошо. Чем больше времени вы тратите на добывание денег, тем дольше будет путь наверх.

— Следите за индустрией и разберитесь, что такое хороший дизайн.
— Смотрите записи международных конференций.
— Учите английский.
— Фильтруйте статьи и курсы. Статьи часто пишут дилетанты, и знания выходят в лучшем случае поверхностными.
— Читайте книги. Среди авторов книг дилетанты встречаются реже.

2. Вкладывайте время в качественную работу. Многие крутые дизайнеры выпускают несколько проектов в год, но каждый из них — прекрасно продуманный и выполненный шедевр. Чем больше времени вы тратите на отличную работу, тем меньше его уходит на продажу своих услуг.

3. Собирайте в портфолио то, что вам нравится делать. Делайте то, что никто другой не делает. Не бойтесь комментариев типа «в жизни такое работать не будет», «заказчик не примет». Яркие, хоть и не настоящие проекты привлекают больше интересных и дорогих заказов, чем продающие лендинги.

4. Обращайтесь в студии, в которых мечтаете работать. Многие из них готовы к удалённому сотрудничеству.

Вопрос: расскажи, какими должны быть должностные обязанности менеджера?

Есть два подхода к определению должностных обязанностей менеджера — процессный и результатный. При процессном подходе описывают обязанности, как у рабочего на заводе — «постановка задач», «планирование спринтов», «взаимодействие с программистами».

Такие формальные обязанности нужны слабым менеджерам, которые умеют только копать, где сказали.

Я предпочитаю нанимать сильных менеджеров, которым не нужно говорить, где копать. У сильного менеджера — только одна обязанность: пообещать, что у меня будет траншея, и сделать так, чтобы траншея появилась. Такой менеджер и ресурсов выбьет сколько нужно, и команду сам организует так, чтобы все рыли в одну сторону.

Так что если ищете список обязанностей для заявки в HR-департамент — возьмите любую туфту с Хедхантера. Если ищете хорошего менеджера — просто скажите ему, что задачи будут чёткими и с цифрами, и что мешать работать никто не будет.

Почему мы предпочитаем делать юзабилити-тесты финсервисов вживую?

Почему мы предпочитаем делать юзабилити-тесты финсервисов вживую?

Есть три группы ограничений, которые уводят в общение тет-а-тет.

1. Технические.
– Мы тестируем интерфейсы и важно видеть, как именно люди держат телефоны. Поэтому для удалённых тестов нужны камера и штатив.
– Надо рассылать инструкции, просить пользователя установить необходимое оборудование и подключить наушники. Уходит минут 20 на настройку и технические неполадки.
– Многие респонденты просто технически не продвинуты и не могут всё подготовить.
Эта возня отъедает время общения и терпение респондента.

2. Коммуникация.
– Часто люди волнуются перед тестом, стесняются. Когда разговариваешь с респондентом лично, представляешься и завязываешь беседу, располагаешь человека к себе.
– Люди быстрее доверят важную или личную информацию живому человеку, а не голосу в наушниках и картинке на экране.
– Важно и эмоциональное состояние — показатель отклика и реакции на удобство интерфейса: качественно такое можно считать только в офлайне.
– Кроме того, во время удалённого разговора респондента могут отвлечь: когда вы общаетесь лично, человек посвящает около часа тестированию один на один.
– Вы видите ситуацию целиком, считываете эмоции, реакцию, поведение и позу пользователя — это даёт контекст, который теряется при удалённом тесте.

3. Секьюрность.
– Мы работаем с чувствительными данными клиента, тестируя финансовые сервисы иногда на данных пользователя. В онлайне запустить такое сложно. У пользователя меньше доверия — он может опасаться, что лишние люди увидят экран.
– С другой стороны, мы работаем с банками-заказчиками под NDA и должны гарантировать, что новый продукт не утечёт за пределы команды дизайна, разработки и тестов до запуска проекта.

Иногда от этого приходится отходить, например, когда респонденты из Европы или США. Всё это грозит двойной потерей качества — из-за онлайна и языковых барьеров.