Наблюдения

Наблюдения проводится самыми опытными ребятами. На должность наблюдателя имеется дополнительный отбор — при заполнении анкеты необходимо ответить на специальные вопросы, чтобы проверить аналитические способности будущих полевиков, так как для наблюдателя важно быть внимательными и вкрадчивыми.

Обучение наблюдателей отличается тем, что помимо вводной о проекте к обучению подключается картограф, который подробно объясняет методику наблюдения и принципы работы с картой. Так же, полевиков обучают работе в специальной программе — QGIS.
QGIS — это масштабная открытая геоинформационная система (ГИС), данные которой может использовать любой желающий.

Типичный рабочий день наблюдателя начинается, как обычно, с выхода на кластер. Далее полевик начинает обход территории, делая пометки на карте. Для лучшей ориентации в том, на что конкретно обращать внимание — используются специальные таблицы с категориями проблем и их кратким описанием. Например, отсутствие тротуара, хаотичная парковка или переход в неположенном месте.

Процесс выглядит так: полевик находит проблему, например неправильно припаркованный автомобиль, открывает карту, отмечает на ней место расположения машины; после чего полевик обращается к таблице с категориями проблем — находит там соответствующую проблему, и рядом с точкой на карте приписывает необходимый индекс. Естественно, все это делается на бумаге. Но это ещё не все, после возни с бумагами, полевику необходимо достать смартфон, чтобы сфотографировать неправильно припаркованную машину.

Проведя наблюдения полевику даётся ещё два часа на то, чтобы он сам оцифровал эти данные. Делает он это в упомянутой выше программе QGIS. Программа предназначена для людей, которые профессионально занимаются картографией, так что интерфейс у неё не самый дружелюбный (подключаемые модули и необходимость работать со слоями). Но по отзывам наблюдателей, при работе с программой, в целом, ничего сложного не было, проблемы встречались, скорее, в её нестабильной работе: программа часто вылетает, из-за этого приходится постоянно сохраняться, многие делают это неправильно (так как существует два вида сохранения) и так далее. Многие говорили, что самое сложно в работе с программой — это её установка и настройка проекта.

По методологии, на наблюдения выходят обычно 4 полевика. Они работают в разные дни, делается это для того, чтобы каждый из них дал свою оценку и увидел то, что мог не увидеть другой (поэтому так важен опыт и внимательность). Иногда только на четвертом проходе обнаруживается какая-то важная пробема..
Получается, работу наблюдателя можно разделить на две части — работа в поле, где он собирает информацию, и обработка полученной информации за программой.
Благодаря этому, исследователям и аналитикам передается уже готовый проект — файл QGIS, где каждая проблема привязана к координатам, имеет индекс, описание и фотографию. Таким образом, информация уже готова для обработки.

Про изучение пользователей

230 млн лет назад (230! млн. лет назад) по Земле ходили Герреразавры — картинка внизу поста.
Это были относительно легкие двуногие хищные динозавры. У них был длинный хвост и довольно маленькая голова. Длина тела примерно 6 метров, а весили порядка 650 кг.

Строение их тела говорит о том, что они довольно быстро бегали. Стопа герреразавров имела пять пальцев, однако полностью развиты были только три средних (II, III и IV). Два остальных (I и V) не несли на себе нагрузку от тела — они были сбоку и имели только коготь. Хвост был укреплен отростками позвонков и играл роль балансира при ходьбе и беге. На первых трёх пальцах передних лап были крупные загнутые когти ими герреразавры хватали и удерживали добычу. Догнал, схватил и съел.

О зверюге, которая жила на Земле 230 миллионов лет назад (аж в голове не укладывается цифра), известно больше, чем многим известно о пользователях, для которых создаётся продукт. Если вы не знаете досконально проблемы или мотивации пользователя, то создать классный продукт меньше шансов. Зачастую команда фокусируется на дизайне и функциях, которые в дальнейшем оказываются абсолютно бесполезными.
Если делать продукты для физлиц, то там вероятность "попасть" в потребность выше, так как команда ближе к проблемам физлиц — сами же люди.
Если делать продукты для бизнеса или государства — то лучшие продукты получаются, как правило, у тех, кто либо сам в этом же бизнесе поработал, либо много времени провёл внутри бизнеса, изучая процессы.

В 2015 году, работая в заказной разработке, я был в составе большой группы, которая делала продукт регионального уровня: муниципальные услуги, сервисы для жителей, мониторинг инвестиционных проектов.
И вот мы пошли на приём к мэру одного из региональных городов — приветливый и умный дядька.
Начали обсуждать сервисы для жителей. Один из сервисов был про активных горожан — отметил место на карте, приложил фотку и отписал, что не так. Все видят, голосуют за самые острые дела, а власть расторопно всё исправляет. У жителей, вероятно спрос был бы, если бы власть реагировала на запросы. Но на деле схема оказалась неработоспособной для небогатых городов (а это почти все). Приветливый и умный дядька нам сказал: "Мы уже знаем о таком количестве проблем, на которые не хватает городского бюджета. Зачем же мы будем давать людям ложную надежду и собирать их ещё больше — мы можем реагировать только на самые острые проблемы". Сервис не зашёл.

В общем, как можно больше и как можно раньше общайтесь с теми, для кого создаёте продукт — можно избежать кучу лишней работы или избежать никому не нужный продукт.

Производственное мышление

Производственное мышление — страшная штука если оно влечет за собой отрицание других систем компании: менеджмент не нужен, маркетинг бесполезен, продажи = впаривание, мотивация и другие высокие материи — бред.

Выражается это в том, что собственник или руководитель пренебрежительно, скептически, а иногда и оскорбительно относится к соответствующим отделам компании или подрядчикам. У нас недавно была встреча с компанией, на которой человек от производства с порога умудрился обидеть менеджеров, заявив что «продаваны все время что-то втюхивают» — хорошее начало беседы с партнерами.

Итог такого подхода: бессистемное восприятие компании. Отсутствие жизненно необходимых отделов в компании. Недостаток компетенций за пределами производства. И неуспешность компании как следствие.

Лечить это сложно. Если человек уверен, что работать можно только руками, а не головой — переубедить почти нереально. Можно попробовать расширить понимание технологического цикла. Ведь это не только изготовление изделий или оказание услуг. Это более длинная цепочка от анализа рынков до продвижения и продаж. Дизайн, маркетинг, продажи — просто участки производственной цепи.

UX

В блок UX мы перешли из блока продукта, на руках у нас, к этому моменту, был список фич и примерное представление того, что мы хотим делать. На самом деле, только на блоке UX мы окончательно отпилили все, что нужно было отпилить и сфокусировались на решении одной конкретной задачи.

Блок UX ведет Антон Вдовиченко — очень крутой специалист, вероятно приз зрительских симпатий нашей группы достался именно ему. Антон знает ответ на любой вопрос, но лично для меня общение с Антоном было ценно благодаря тому, что в его лице я нашел собеседника и единомышленника на тему UX и смог задать многие интересующие меня вопросы. Так, на некоторых занятиях мы проводили UX разбор какого-нибудь приложения, и это были одни из самых интересных занятий для меня — крайне интересно копаться в неровностях существующих приложений и обсуждать лучшие практики с профессионалом своего дела.

Если продолжать тему про любимые занятия, то в первом семестре Антон в начале каждого занятия давал нам прокачку, после которой я теперь не боюсь сталкиваться с поиском быстрого и креативного решения любой проблемы. В этих прокачках нужно было очень быстро, за 10-15 минут, придумать, нарисовать и сделать бумажный прототип конкретной задачи. Например, придумать приложение по разделению счета в баре, по поиску собутыльника, приложение для знакомства в общественном транспорте, для настройки фортепиано и т.д. Круто, когда через 5 занятий до тебя наконец доходит алгоритм по которому нужно действовать, и ты начинаешь играться этими кейсами в своё удовольствие, но это уже отдельная история.
___________

Так вот, закончили мы исследовать наш продукт и настало время для конкретных действий. За блок UX нам было необходимо:

⁃определиться с парадигмой навигации (гамбургер меню, либо таббар);
⁃найти основную работу на которую пользователи нанимают наше приложение, воспользовавшись фреймворком JTBD;
⁃составить карту экранов;
⁃составить информационную архитектуру;
⁃нарисовать вайрфреймы экранов и собрать из них прототип;
⁃протестировать прототип;
⁃подготовить отчет по тестированию и внести правки.

После чего, в идеале, с протестированным прототипом и вайрфреймами мы должны перейти к блоку UI и начать поиск своего визуального языка…
___________

Но не все так просто. По ходу работы над вайрфреймами и прототипом очень остро встает вопрос какие ограничения у нас есть и какую конечную цель мы хотим достигнуть.

Проблема в том, что главный ограничитель наших требований — мы сами. Довольно сложно не уйти в частности и вовремя остановиться, расставив ограничения самим себе.

Например, в нашем приложении есть карточка заказа — как, без реальных бизнес метрик, определить какая информация важна, а какая нет? Нужен просто адрес или подробная карта? Как подать информацию об авторе объявления? Что из этого важнее и должно располагаться выше?

Все это можно спросить у заказчика, но скорее всего он не сможет дать исчерпывающего ответа. С такими вопросами в идеале нужно сесть всей командой — аналитики, разработчики, продакты и хорошенько рассмотреть каждую метрику, поднять статистику и т.д. Мы этого, конечно же не сделали, и не потому что не было желания, просто на это не хватало ни времени ни мотивации со стороны заказчика.

Так и остается — выдумывать ограничения самим, а отсюда соблазн сделать так как красиво, как лучше всего ляжет на макет.

Например, сначала мы сделали все макеты под роль дизайнера — дизайнер регистрируется в сервисе и хочет стать фрилансером. Собрали прототип и протестировали именно такой сценарий, в этом был и свой плюс, так как тестирование проходили в основном другие дизайнеры.
Но когда мы спросили заказчика — какая самая массовая аудитория специалистов, он ответил, что это репетиторы, мастера по ремонту и мастера красоты.
Получается, что правильно было бы выбрать один из этих трех типов специалистов. Мы подумали и выбрали мастеров ремонта, потому что в их кейсе встречается практически все элементы дизайна — и карта и шаблонные данные (площадь стяжки, тип пола) и текстовое описание вакансии. В итоге нам пришлось все перерисовать.

В этом есть минус обучения в британке — ты существуешь в определенном вакууме, с одной стороны вроде заказчик реальный, но в итоге получается, что реальность его очень условна. От заказчика остается только бриф, возможность ответить на уточняющие вопросы, ну и бредбук. На этом реальность данных в учебных кейсах кончается. И, возможно, все зависит от заказчика, но такая ситуация была плюс минус у всех.

Вот и получается, что решения которые на защите презентовали все команды были довольно поверхностные, и смотреть тут можно было либо на верхнеуровневое решение абстрактного кейса, либо на визуальный ряд.
___________

Подводя итог — на блоке UX каждая команда сначала придумывает бизнес ограничения, а потом героически их преодолевает.

Как глубоко вы копнете и как сильно заморочитесь с этими ограничениями — зависит только от вашей фантазии и размера сервиса, который нужно происследовать. Лично для меня это было проблемой, так как сервис большой и чтобы прийти к одному самому важному сценарию мне потребовалось провести много итераций и вникнуть во все процессы и параллельные сценарии.

Итеративный процесс в дизайне и инженерном творчестве

Процесс проектирования и итерация. В дизайне итеративный процесс работы это основа любых результатов. Проект часто бывает в состоянии «самопознания», когда все уже понимают что нужно реализовать, но не понимают пока как это сделать. Когда изначальное решение может быть заметно изменено в процессе работы и эти перемены зависят от открывающихся в работе и перспектив и рисков. Итеративный процесс, это определять новую попытку только после анализа предыдущей.

Итеративный процесс работы в проекте может быть сложным если не учитывать нескольких факторов:
— Желаемый результат, финальная функциональность и потребности людей должны изначально описываться в четырех группах. Обязательные, измеряемые показатели, устанавливаются заказчиком.
— Возможные, измеряемые показатели, параметры успешности и критерии заказчика ограниченные максимальными возможностями разработчиков.
— Конкурентные, зависимые от возникающих обстоятельств в процессе разработки и прогнозируемые как потенциальные, измеряемые.
— Коллаборативные результаты, факторы синергического влияния на результат возможных в процессе разработки объединений компетенций, реакция на контекст изменений в потребностях людей и возникновений новых условий и инструментов разработки.
— Необходимо оберегать и сохранять промежуточные проектные разработки. Итеративный процесс не исключает возврат к прошлым шагам, решениям и условиям и пересмотру «проектной истории»
— Важно сохранять единый список критериев и стандартов требований ко всем этапам итераций в разработке, не меняя критерии, или при изменениях стараться заново проверить прошлые версии решений на соответствие новым стандартам и критериям.
— Надо понимать, что итеративный этап разработки может при перспективной идее показать неудовлетворительный результат, но по возможной причине качества реализации замысла. Стоит уметь оценивать идею отдельно от этапа реализации и видеть как измерять и сравнивать разные характеристики. Два прототипа, один ориентирован на проверку самой идеи и ее барьеров и ограничений. Второй прототип проверяет качество реализации выводов после активного тестирования первого прототипа, но используя технологии близкие реальному производству.
— Команда разработчиков привычно проверяет и выносит независимые суждения по эффективности решения, если есть желание пойти на компромисс, пожертвовать функциональностью в целях материальной экономии, то для этого нужны веские аргументы целесообразности и компенсации недостатков опорными действиями. Ограничиваем функциональность, значит увеличиваем режим обучения, возможно объединяем отдельные действия в функциональные блоки.
Итеративный процесс разработки чувствителен к данным и наблюдениям. Сама разработка может повлиять на сам внутренний процесс работ и на методы, как и на трансформацию первичных требований и технических заданий, основываясь на возникающем постепенно понимании потребностей и инструментов реализации этих потребностей, как и возникающих рисках и вызовах.

Например, «ОКБ Сухого» Информационно-управляющее поле кабины самолета СУ-35 / Т-50 было разработано в нескольких вариантах в виде тренажера, прототипа геометрии кабины и интерфейса управления с обратной связью в среде купола виртуальной реальности, через который пропустили несколько сотен курсантов с летных училищ с типичными заданиями.

Но наблюдали не за выполнением нормативов, а за эффективностью взаимодействий с новыми блоками, элементами управления, геометрией кабины и боевым применением и на основе этой информации дорабатывали кабину на реальном прототипе.

Так и эти состояния изучаются на тренажере, моделируется ответное действие системы управления и наблюдается стереотип поведения пилота.
Итерация это и попытки сначала частичного, а затем и полного пересмотра типовых материалов в проекте, начальных методов работы.

Оптическая система и геометрия кабины в тренажере должна помогать пилоту выполнять задачу, причем в тренажере отрабатывается перегрузка организма и условия предельного человеческого напряжения «состояние черной пелены», когда у пилота есть четыре секунды для принятия решения перед потерей сознания.

Евгений Арутюнов рассказал, как устроено дизайн-бюро «Интуиция».

Каждое правило работы бюро Евгений оценил с позиции «а буду ли я его выполнять?». В итоге решил, что ни у кого не будет режима и места работы (все работают удалённо), утренних стендапов, обязательства в течение получаса ответить на письмо или ответить на незапланированный звонок.

У каждого должна быть своя дисциплина. Все обязательства «по умолчанию» отменены, но если сам что-то пообещал — выполняй. Административная свобода и творческая диктатура.

Первым делом учит людей не тупить, коммуницировать, вовремя говорить о проблемах, задавать вопросы, быть способными разговаривать. Научившись этому и работая над проектами, люди со временем начинают делать приличный дизайн. Дизайнер сразу становится мини-артдиректором.

Чтобы попасть в бюро, дизайнер должен быть талантливым и уметь генерировать импульсы, чтобы руководитель за ним не бегал. Например, руководитель отправил письмо с задачей и дальше забыл о ней. Исполнитель должен сам приходить и показывать. Он берёт ответственность за задачу, так как если он её не выполнит, всему бюро прилетит от заказчика.

Дизайнеры учатся писать код, текст, работать менеджерами, общаться с клиентами и управлять своим временем. В проекте люди выступают в разных ролях. Это не значит, что один человек делает в проекте всё (и работа на нём замыкается), но каждый умеет выступать в разных ролях.

Работают над клиентскими проектами, но стараются быть продуктовой командой. Клиентов мало, бюро делает для них одно и то же годами. Итерационная разработка.

Клиентов выбирают, чтобы они не только не были мудаками, но и чтобы у них было чему учиться, и чтобы с ними можно было работать долго.

У каждого есть право сказать «нет». Например, дизайнер не хочет работать с конкретным клиентом. Так вовремя можно получать сигнал, что что-то не так: с руководителем клиент — зайка, а с дизайнером ведёт себя некорректно.

«Всё держится на таких мельчайших соплях», что если что-то пойдёт не так, проблема всплывёт моментально. Никто не успевает накопить обиду, управленческий долг, когда переговоры зашли в тупик, и так далее.

Если есть проект, но под него надо взять ещё 3 дизайнеров и 10 разработчиков — проект не берут. Растут только когда есть готовые внутренние ресурсы. Подбирают проекты под команду (на момент записи это 7 человек).

Сразу говорят клиентам: «Мы вовремя делать не умеем, можем поделать для вас сайт и периодически выкатывать новые версии. Мы распиздяи, но мы делаем вещи. Мы показываем это в самом начале и не работаем с клиентами, которые этого не понимают».

Зарплат нет. Есть открытая информация о деньгах в проектах. Люди, которые делают эти проекты, распределяют эти деньги. Есть подсказки, как это делать, но всё держится на персональном представлении о справедливости того человека, который координирует проект на конкретном этапе (дизайн, разработка).

Всё это нельзя внедрять частями, эти принципы работают только целиком. Информацию о деньгах нельзя открывать тем, кто не успел поработать в разных ролях и не понимает, из чего складывается успешный проект. Без этого каждый считает свою роль главной.

Для мелких трат у всех есть доступ к расчётному счёту. Единственный риск — человек недооценит свою работу и будет просить слишком мало. Чтобы человек хорошо распределял деньги, он должен быть хорошо проинформирован. Координатору проекта Евгений продаёт свои услуги артдиректора. Это внутренний рынок.

Есть полочка, на которую надо отложить 20-25% от бюджета проекта. С неё можно брать деньги на развитие, обучение, компенсации ударов судьбы, офис и поездки (когда они были). На маркетинг трат сейчас нет. Если на полочке что-то пролежало 2 месяца и осталось невостребованным, это прибыль, которую забирает Евгений. Это мотивирует работать над развитием бюро на длинной дистанции.

Бюджет проекта не влияет на процесс. Всегда надо следовать своему дизайн-процессу и делать хорошо. Но и брать за свою работу надо по-максимуму.

Каждый сотрудник бюро — индивидуальный предприниматель, но не только в юридическом смысле. Каждый может делать свои проекты, предпринимать что-то, работать в других неизвестных командах (например, пока буксуют проекты бюро), со своими клиентами.

Способ удержания людей в команде — неоткуда уходить. Нет ни одного фактора, из-за которого сотрудник захочет уйти. Можно зарабатывать внутри бюро и вне. Поедете в другую страну — никто об этом даже не узнает.

Это не рецепт организации работы, это образ жизни. «Мы хотим играть, а не искать баланс между работой и жизнью». Этой схеме работы примерно 2 года, к которой пришли от более классического фриланса с помощниками.

Может показаться, что всё завязано на Евгении, но это не так. Проект всегда можно поручить команде с отдельным руководителем, и выгрузить его из своего головы.