И ещё немного про воздействие технологических компаний на реальность

И ещё немного про воздействие технологических компаний на реальность

Когда департамент информационных технологий Москвы выпускает приложение для отслеживания людей на карантине — все подшучивают и ставят одну звезду в сторе.

Когда два главных олигополиста на рынке мобильных операционных систем объявляют о создании глобальной системы слежения — здесь не отделаться низкой оценкой:

Google and Apple are announcing a joint effort to enable the use of Bluetooth technology to help governments and health agencies reduce the spread of the virus, with user privacy and security central to the design.

Красивая история ↑

Фактическая реализация ↓

Apple and Google will be launching a comprehensive solution that includes application programming interfaces (APIs) and operating system-level technology to assist in enabling contact tracing. Given the urgent need, the plan is to implement this solution in two steps while maintaining strong protections around user privacy.

Одна из тем общественной дискуссии, про которую стоит не забывать — это ненулевая вероятность, что эти условно оперативные решения останутся с нами навсегда.

Мир, который раньше описывали как антиутопию приобретает вполне осязаемую технологическую платформу.

У меня нет сомнений, что огромные корпорации, выскоблившие свои рынки, вынуждены искать новые.

Рынок поведенческой, геолокационной и биометрической информации — это, возможно, то, о чём мы не так много думали, радуясь сканеру отпечатка пальца, разблокировке смартфона лицом и голосовым помощникам.

Безусловно, сама по себе технология нейтральна.

Моральная дилемма лежит в плоскости её применения и последующей монетизации.

Coming soon, как говорится.

https://www.apple.com/newsroom/2020/04/apple-and-google-partner-on-covid-19-contact-tracing-technology/

Иногда рассказываю о продуктах с громкими голосами, которые помогают выделиться и вызывают эмоции: дерзкими, энергичными и вот это всё.

В интерфейсах не всегда надо выделяться. Чаще всего нужно просто донести информацию и писать нейтрально. Если вы про серьезные вещи, например, про деньги или здоровье, в ответственные моменты ваши попытки вызвать хорошие эмоции могут раздражать. Помогайте людям делать их дела и не отвлекайте от главного.

Нашла интервью (https://www.thatexplainsthings.com/the-invisible-voice/) о нейтральном голосе с Сарой Ричардз. Сара руководила контент-дизайном gov.uk, сайта правительства Великобритании. Интервью вот о чем:

«Нейтрально» — хорошее описание стиля gov.uk. Правительству легко звучать снисходительно или покровительственно, этого важно было избежать. Никто не приходит на сайт правительства, чтобы вдохновиться: это почти неприятность — здесь приходится платить деньги или разбираться с неинтересными делами. Нужно было как можно незаметнее и дать посетителям выполнить их задачи, не пытаясь превратить это в приятное занятие и не давая советы.

Команда никогда не писала «для всех». При том, что аудитория всего сайта — миллионы, аудитория каждой странички достаточно узкая. Вы не знаете свою аудиторию, если думаете, что пишете для всех.

Над голосом и тональностью не работали специально. Создавали весь контент, опираясь на данные исследований. И тональность естественно складывалась из решений, которые принимали: просто излагать факты, структурировать контент, писать так, чтобы людям было просто воспринимать информацию.

Когда пишешь кратко, рискуешь показаться грубым. Часто это даже не нужно менять слова — тональность сильно меняется от смены длины предложений и ритма.

Тестировали контент на страницах о сложном. На странице о мертворождении нельзя ошибаться: обобщать или делать предположения. То, что работает на самой сложной и деликатной странице, будет работать на остальных.

О чем плачет полевик?

В арсенале исследователей имеется три метода (вот тут я начинал про это говорить t.me/bukhtiyar/15 ) проведения полевых исследований (на самом деле их гораздо больше, просто эти методы самые действенные и проверенные). Рассмотрим подробнее каждый из методов на предмет встречающихся проблем и неудобств.

Но сперва взглянем на этапы работы полевика от момента, как он узнает о вакансии, до завершения работ:

  • он узнает о вакансии из соцсетей или от знакомых, заполняет анкету;
  • проходит инструктаж, где ему рассказывают о сути проекта, дают необходимые инструменты и проводят пилотный выход в поле;
  • полевик готов — он выходит в поле и проводит исследования;
  • в ходе работы полевик коммуницирует с исследователями;
  • после завершения работы полевик сдаёт свои исследования в том или ином виде.

Работа в поле проходит в рамках предпроектных исследований, и завершается после их окончания. Полевики не привязаны к организациям, их нанимают на проект.

Кто такой полевик?
Мы составили портрет среднестатистического полевика — это девушка 20-23 лет, студентка гуманитарного факультета (социологи, геологи и т.д.), увлечена городом и заинтересована в его развитии, а так же, имеет опыт полевых исследований.

Глоссарий

Исследователь или методолог — человек, который организует работу полевиков, составляет методологию исследования, проводит инструктаж и обучение, общается с полевиками в процессе их работы, принимает результаты и дает обратную связь.

Полевик (или в зависимости от метода — подсчетчик, наблюдатель) — человек работающий непосредственно в поле, собирает и передает информацию по заданной методике.

Когда нужно назвать новый продукт в России, заказчики часто топят за латиницу

Особенно когда продукт точно не получит даже туристическую визу и в жизни не пересечёт границу. Просто так «интереснее звучит, моднее, лучше передаёт суть, нам так нравится».

Но зачем? Почему? За что? Чем моднее? Просишь рассказать об этой шкале, по которой измеряется интересность. Поделиться сутью. В ответ тишина — так же часто, как люди уверены в латинице.

В такие моменты я раньше волновался и начинал блеять что-то вроде «девяностые прошли, мы не бумеры, капитализм на Руси больше не такой дикий, люди отличают булщит от нормальной темы». А потом я расслабился и придумал угорать по существующим брендам.

Представьте себе, что есть мир, в котором Стив Джобс в какой-то момент сказал: «Apple не круто». Ну чмошный английский же. Латиница эта — всего 26 букв в алфавите, ваще фу, дно и скудоумие. Английские слова — кому они впёрлись ваще. Давайте назовём компанию хотя бы Yabloko. А лучше даже Яблоко, чтобы вообще никто ничего не понял! Ну смысл — он же для нас, для основателей.

В том же мире, где Aifony выпускает компания Yabloko, нет всего того говна, которое для англоговорящих звучит стрёмно — Microsoft, International Business Machines, SpaseX, Facebook и многих других. Всё названо нормально — либо вообще на чужих для основателей языках, либо набрано более модными чужими буквами. В транслитерации.

И это модный мир, который иногда немного прорастает в наш. Например, в «Заводном апельсине» британца Бёрджесса подростки говорят на сленге nadsat (вроде от «одиннадцати»). В их лексиконе есть слова moloko, droog, malchik и другие. В том мире cyka blyat — не мем, а обычное дело. И вообще он клёвый.

Периодически обновлять фреймворк

У нас в ГдеМатериале есть хорошая практика — мы периодически проверяем актуальность зависимостей. Я говорю не о мелких обновлениях и не о фиксах безопасности (они давно автоматизированы), а об обновлении мажорных версий библиотек, скажем Django с 1.11 до 2.0.

Вообще, обновление любого фреймворка — кошмар программиста. Во-первых это сложно из-за проблем с обратной совместимостью. Причём, чем больше проект, тем сложнее.

Во-вторых, регрессий не избежать, даже когда всё приложение покрыто тестами — как бы вы ни готовились, у вас начнёт скакать нагрузка на CPU или память, проект перестанет запускаться в какой-нибудь из сред, повылезают эдж-кейсы, про которые никто не знал. Чем больше проект, тем больше регрессий.

Самое важное в обновлении фреймворка — не копить изменения. Гораздо проще 5 раз обновить джанго на соседнюю версию, чем прыгнуть с 1.8 сразу на 2.2. Маленькие обновления приносят меньше регрессий и в целом проходят легче — согласитесь, ведь всегда же лучше растянуть один пиздец на 5 маленьких пиздецочков. Даже психологически гораздо легче решиться на маленький апгрейд, чем на большой скачок.

В общем тренируйте дисциплину — чтобы не застревать в каменном веке на протухших экскрементах мамонта вместо фреймворка, раз в два месяца обязательно обновляйтесь до самых актуальных версий. То, что вы при этом что-нибудь сломаете — просто примите как данность.

Что-то все начали обсуждать выгорание

Хочу высказаться, предложив для начала перестать называть хроническую усталость новым и модным словом «выгорание». Потому что ничего нового в этом явлении нет. А еще потому, что слово выгорание не дает понимания, что делать дальше и как выйти из этого состояния. Итак, вы почти точно выгорели если:

— Работали несколько (!) лет в напряженном режиме.
— Регулярно работали 9 и более часов в день и в выходные.
— Вписались в несколько проектов: 2, 3, 4 и более.
— Совмещали работу с интенсивными спортивными тренировками.
— Добавили изучение языков или другое системное образование.
— Решили строить персональный бренд: много выступали и писали тексты по ночам.
— Решили, что нужно вставать в 6-7 утра и сразу в бой.
— Было много командировок с ломаным графиком.
— Злоупотребляете кофе или другими стимуляторами для поддержки работоспособности.
— Несколько раз сталкивались с головными болями после переработок.
— 2 и более лет не брали отпуск.

Если вы узнали себя, особенно в нескольких пунктах — у вас есть или скоро будет синдром хронической усталости. Вы накапливаете такое количество психической усталости, что у организма может сорвать предохранитель уже на уровне физиологии: мигрени, упадок сил, потеря концентрации, хроническая тупость, отвращение к работе. Если это случится, вернуться к работе будет непросто.

Решение вытекает из понимания сути проблемы (усталость): остановиться и признать тот факт, что вы не биоробот, а просто человек. Избавиться от обязательств и проектов, хорошенько отдохнуть, перестроить свой график и подходы к работе ... затем вернуться к работе. Если через два дня вы застали себя в исходном состоянии, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО перестроить график и подходы.

Может быть куча других ситуаций, в которых у вас может резко снизиться работоспособность, вплоть до нежелания что-либо делать вообще, но которые имеют очень мало отношения к усталости. Итак, вы почти точно НЕ выгорели если:

— Вы молоды и только начали работу.
— Вам совершенно не интересна ваша работа.
— Компания, в которой вы работаете, не делает ничего интересного и значимого.
— У вас на работе хаос, вы делаете все ... и ничего.
— Люди с которыми вы работаете, не становятся вашей командой.
— У вашего руководителя нестабильная психика или склонность к садизму.
— Вы работаете дома один и начали разговаривать с котом.
— У вас и без работы конфликт примерно со всеми и бомбит от всего вокруг.
— В вашей семье/жизни недавно что-то произошло.
— Все вокруг говорят о выгорании и вам кажется, что вы тоже болеете.

Чтобы избежать выгорания, слушайте свой организм внимательно. И если он пытается намекнуть, что стоит сбавить обороты — прислушайтесь. В большинстве случаев, люди выгорают когда осознанно берут на себя больше, чем могут вывезти. И знают об этом заранее.

И да, кто-то должен был это сказать: люди 35+ лет с опытом работы 15+ лет нервно подергиваются когда слышат разговоры о выгорании от совсем молодых ребят.