Давай ещё раз про созвоны

Давай ещё раз про созвоны

Я не планирую новые дела «на сегодня». Новое — только с завтрашнего дня. Это даёт мне шанс выполнить сегодняшний план. Если сегодняшний день не защитить от вторжения новых дел, такого шанса не будет. (Книга Марка Форстера «Сделай это завтра».)

Я не отвечаю на сообщения до 14. И не ставлю встречи до 14 с редкими исключениями. Это даёт мне шанс сделать что-то своё, что важно сделать именно мне. Другого способа у меня нет, проверял. В проекте может быть жопа, а я всё равно не отвечу — проектов много, а жизнь одна.

У тебя один проект или, может, два-три. У меня пять-десять. Ты можешь в какой-то момент мобилизоваться и отдать проекту больше сил. Я могу только «ходить по клеточкам», строго в рамках своего расписания и правил. Если я сломаю свой режим работы — сломаются сразу все проекты.

К тому же я старый.

Поэтому твой план, который подразумевает, что я приму работу в день, когда ты её впервые покажешь — сломан изначально. Даже если в работе всё хорошо (а там обычно не всё хорошо).

Единственный способ гарантированно получить ответ — забить встречу. «На завтра», или сразу на пару дней в течение недели.

Да чёрт с ним, можно и «на сегодня», прямо с утра, прямо в календаре — вдруг я смогу. В чате не отвечу, а встречу подтвердить или отбить это ок, потому что там невозможен какой-то последующий диалог.

Второй по верности способ — спросить «когда ждать ответа», получить обещание и если я не сделаю — медленно уничтожать меня, пока я всё не выполню.

А отправить ссылку в чат и ждать, что я сразу же посмотрю, или не забуду посмотреть потом — это способ не получить ответ.

Кандидаты-психопаты

Кандидаты-психопаты

Даже не знаю, ребят. Вот почему я такая негативная токсичная баба?
Вот побейте меня палками, но я просто выдохлась уже:

________________________
1. Человек в течение последнего года присылает резюме каждый месяц.
А в нём ничего не меняется. За год ничего не появилось.
Ничегошеньки не изменилось. Портфолио так и не появилось.
И ты каждый раз говоришь: без опыта нет. И в вакансии пишешь — нет.
Надо хоть что-то. А ничего не меняется.

Не думайте, что такая настойчивость это значит человек упёртый и это делает его желательным кандидатом. Ну нет. Не надо больше присылать. Пожалуйста, не надо.

________________________
2. Человек откликается на каждую вакансию, присылает резюме, ему отвечают что не подходит. А он потом находит тебя в личке во ВСЕХ соцсетях и начинает писать: А почему нет?

Ну честно признаюсь, меня пугает, когда у человека в резюме сменяются работы каждые 1-2 месяца. А ещё больше пугает, что человек нашёл меня во всех соц.сетях, и везде задал вопрос, а потом начал спорить, что я не права и это никак ни на что не влияет.
А зачем ты мне доказываешь, что ты мне нужен?
Чтобы что?
Кажется, эта нелогичность сама по себе говорит, что нет.

________________________
3. Или тебе пишут: откликаюсь на вакансию на сайте. А ты дружелюбно: Извини, сейчас не набираем, но сохранили резюме, как только будем — напишем 🙂 И смайлик. Смайлик ставишь в конце. Ибо дружелюбно. И сейчас дружелюбно — очень сложно.

И тебе отвечают: «тогда почему на вашем сайте было указано что вакансия открыта»
Вот прям так. Ты ему смайлик, а он тебе с маленькой буквы и без вопросительного знака и без запятой.

Чтобы что?!
Ты этот вопрос задаёшь, чтобы что?
Да мы раздолбаи, повесили на сайт вакансии, которые у нас когда-либо могут случиться, чтоб они там были. Год назад повесили, с тех пор висят вот. Сейчас не набираем. Или что, думаешь решим тебя взять после этого вопроса? Ох, да, извини, раз висит — давай тогда возьмём тебя.

________________________
Самое лайтовое, с чем сталкиваются все — это когда ты три раза пишешь в вакансии «давайте не тратить время друг друга — без опыта мы сейчас не готовы брать».
И тебе в почту падает 2/3 резюме от людей без опыта.

Чтобы что?
Чтобы мы вдруг решили, что нам надо троих взять вместо одного? Одного, чтоб нормально работу делал(как нам и надо). Второго, чтоб учил. Третьего чтоб был учеником.
Или потому что вы такой охуенный, точно надо брать.
Ну это не исключено, кстати 🙂

________________________
Мораль:

Когда общаетесь, задавайте себе вопрос «Я это делаю чтобы что?»

ЧТОБЫ ЧТО ПОЛУЧИТЬ?!

Если ответ не укладывается в область профессиональную, а лежит на стороне ваших комплексов и фиксаций — ну оставьте это своему психологу. Больше никому это не нужно.

Наталья Стурза, автор канала @UX_sturzaman, рассказала, когда продуктам полезны UX-исследования:

1. Проверить идею, не создавая продукта. Хотели запустить маркетплейс для пенсионеров. Исследование показало, что люди старше 60 лет спокойно пользуются обычными интернет-магазинами.

2. Исправить запустившийся, но не сработавший продукт. Сервис показывал карту спортивных мероприятий, но продвигался на аудиторию с низким доходом, продаж не было. Составили портреты потенциальных пользователей и провели с ними кастдев. В итоге сосредоточились на сегменте спортивных путешественников и правильно донесли до них ценность сервиса.

3. Улучшить то, что работает. Клиенты банка заполняли юридически значимое поле «Назначение платежа» всякой белибердой. Юзабилити-тесты показали, что люди считают поле второстепенным и заполняют только затем, чтобы кнопка платежа активировалась. В итоге в плейсхолдере поля показали пример, и таких ситуаций стало на 30% меньше.

4. Сравнить между собой конкурирующие продукты или отдельные фичи.

5. Понять, сколько потенциальные клиенты готовы платить.

6. Найти ошибку в интерфейсе.

Исследования не пригодятся:

1. Сервисам про фан вроде MSQRD и сервисам-витаминкам вроде приложений для медитации. У них сложно выделить пользовательскую потребность или проблему.

2. Любым проектам в ситуации «Мы хотим, чтобы вы пришли и сказали, как решить наши проблемы». В этом случае лучше обратиться к консалтерам.

https://vc.ru/design/86942

Массовый опрос

Цель: провести анкетирование людей в определенные часы в пределах заданной территории.
Исторически, в этом методе использовались только бумажные анкеты, но с недавнего времени стали применяться мобильные приложения. На сегодня доступно множество разнообразных решений; в студии транспортного проектирования остановились на приложении Квизер.

Так же, как и во всех других методах, прежде чем в первый раз выйти в поле, полевики обязательно проходят инструктаж и обучение. Они погружаются в проект и вместе с исследователями подробно разбирают анкету и каждый вопрос в ней. До будущих полевиков стараются донести суть того, что главная цель опроса — максимально объективно узнать от респондента цель его пребывания в данном месте. Но, так как большинство полевиков, приходящих на опрос — это новички, которые не обладают необходимыми навыками, то они не сразу понимают, что значит быть объективным и беспристрастным.
Все они делают одни и те же ошибки: перефразируют вопросы своими словами, зачитывают вслух варианты ответов, неправильно или неточно понимают суть вопроса. Все это приводит к нарушению методики, и сильно влияет на чистоту исследования. Эту проблему необходимо решать, повышая уровень обучения, вводя в него больше интерактивных элементов.

После инструктажа и обучения, полевик выходит на точку (кластер). Обычно, в одном исследовании требуется собрать данные с 25 респондентов, число которых, в свою очередь, ограничено квотой — то есть заданным количеством людей определенного возраста. Например, 4 мужчины и 4 женщины возрастом от 18 до 34 лет и т.д.

Полевик приезжает к своему времени на место, логинится в приложении, и, начинает поиск респондентов по квоте.
Во время анкетирования приложение записывает аудио. Между опросами полевик отсылает заполненную анкету и аудио разговора методологам. Те выборочно прослушивают аудиозаписи, чтобы определить, как полевики справляются с заданием. Так же, через приложение, методологи следят за геопозицией полевика.
Таким образом, возможности для фальсификации у полевика практически не остается. Он знает, что его геопозиция отслеживается, а запись опроса может быть прослушана.
В случае, если исследователь при прослушивании анкеты обнаруживает ошибки, то он оперативно связывается с полевиком, чтобы тот исправился или переделал анкету. Новичкам бывает особенно тяжело, поэтому за ними следят наиболее пристально.

При работе с приложением, основным недостаткам является не интерфейс, а логика, с которой методологи составляют анкету. Нередко, в ходе реальной работы, оказывается, что вопрос в анкете сформулирован некорректно, или, вместо одного варианта ответа, необходимо было указывать несколько.
Например, вопрос про то, каким транспортом люди пользуются чаще всего, был именно с такой ошибкой — был доступен только один вариант ответа, тогда как многие люди в равной степени пользуются несколькими видами транспорта.
В таких ситуациях полевики обращаются с обратной связью к исследователям, и в итоге, подобные недочеты исправляются.

Одна из главных проблем полевиков — возможность достоверно определить возраст респондента. По правилам, полевики должны начать анкету сразу после того, как подошли к человеку, и если он не подходит по квоте, но анкета уже начата, полевик не может её досрочно прервать, и им приходится тратить время и квоту на нецелевого респондента.
В таких случаях полевики прибегают к хитростям: либо сначала предзаполняют анкету, а потом находят нужного человека; либо, наоборот — сначала спрашивают возраст, и только после этого начинают проводить опрос.

Так же, большой головной болью являются квоты: часто происходит так, что основной объем квоты опрошен, и остаются какие-то редкие типажи людей, которых приходится долго искать. В таких случаях, после согласования с исследователями, разрешается добирать людей не по целевым параметрам.

Оплата за опрос происходит только за полностью заполненную квоту (она, напомню, обычно составляет 25 человек), то есть за 24 человека не заплатят ничего. И наоборот — если ты перевыполнил план, то сверх квоты доплачивать не будут.

Британка у всех на слуху, что же она из себя представляет?

Британская высшая школа дизайна, а в простонародье британка, готовит специалистов по множеству образовательных программ: от высшего образования до краткосрочных интенсивов. Я учусь на программе ДПО (дополнительного профессионального образования), по факту это профессиональная переквалификация, правда, поступить можно только с уже имеющимся диплом о высшем или среднем образовании, так как это образование дается дополнительно к уже имеющемуся.

Мы занимаемся во вторник и четверг с 19 до 22, и в субботу с 11 до 18.
Обучение очное, и это круто. Можно вновь почувствовать себя учеником: поднимать руку на занятиях, выполнять задания и хлопать выступающим.
Одна из фишек очного образования — коммуникация с другими студентами. Это здорово стимулирует — когда ты видишь, что большинство уже выполнили задание, то волей-неволей сам начинаешь шевелиться. И конечно, это новые связи и знакомства — одна из причин, по которой я пошел в британку.

В данный момент у нас во всю идет блок исследования — экспериментальный курс на 1,5 месяца. Введение подобного курса — это попытка адаптации обучения под динамично меняющуюся индустрию.

Многие из выпускников, скорее всего, будут работать продуктовыми дизайнерами, а работа над продуктом подразумевает постоянное исследование, построение гипотез и проверка их на пользователях.

И, даже если в непосредственные обязанности дизайнера не будет входить проведение исследования, он все равно должен понимать, в чем ценность этих исследований, чтобы, в случае необходимости, отстоять эти ценности внутри команды, либо перед бизнесом/заказчиком.

Шрифт «просто существует»

Шрифт «просто существует»

Ещё несколько лет назад мне казалось, что шрифт «просто существует».

Я использовал чужой объект дизайна, не особо задумываясь: кто и зачем его произвёл.

Можно трактовать это как невежество или же отсутствие тонкой разрешающей способности.

Пару лет назад я стал интересоваться вопросом сильнее и встретил свой день рождения в кампусе Барбанеля на форкурсе Жени Юкечева.

Там впервые открыл Глифс и спроектировал(!) — точнее реконструировал — часть латинской кассы одного наборного шрифта.

Испытал «вау».

Из-за высокого порога входа в профессию шрифтовых дизайнеров кратно меньше графических, продуктовых и прочих.

Оттого особенно ценно, когда они делятся своим процессом без присущего многим снобизма.

Начиная с сообщения ниже — в лучшем духе твиттер-тредов — Александр Черепанов рассказывает о создании шрифта для Рокетбанка.

Отдельно можно обсуждать вопрос целесообразности, но нам здесь интересно не это, а сам подход в духе новой школы от лица живого человека, который дизайнит шрифты: пробует, переживает и делает новые итерации.