А пока я хочу обратить твоё внимание на парадокс

likelikelikelikelike А пока я хочу обратить твоё внимание на парадокс

1. Ты часто делаешь работу не к сроку, я бы сказал систематически (ровно так же, как это делают 100% известных мне творческих специалистов).

2. Но всякий раз считаешь это случайностью и объясняешь внешними причинами.

Это не потому что ты плохой — ты очень хороший! Это потому что у тебя предпринимательский баг оптимизма, природу которого ты пока не исследовал.

Я читал об этом в книге Канемана.

Если коротко: «обычный» человек переоценивает потери и недооценивает выигрыш. Если «обычному человеку» предложить сыграть в игру с подбрасыванием монетки, где «орёл это получить 1200₽, а решка это отдать своих 1000₽», он не согласится, хотя математическое ожидание — положительное. Это «страх потери», который добавляет негативному сценарию дополнительный вес. У «обычного человека» равновесие достигается примерно в точке «выиграть 1500₽ или проиграть 1000₽».

Но есть необычные люди, у которых страх потери сильно меньше, чем стремление выиграть. Это оптимисты. Обычно предпринимателями становится именно такие ребята, потому что они способны много раз пробовать и не грустить от фейлов. Не умом, а химия у них такая.

И этот же эффект заставляет предпринимателей верить в оптимистичные прогнозы. «Обычный человек» переоценивает неприятность проигрыша, недооценивает выигрыш и решает ничего не делать. Человек с багом оптимизма наоборот, всё делает, но страдает от постоянного когнитивного диссонанса. Особенно от упрёков людей, которые не обладают похожими особенностями, которым хочется, чтобы всё было предсказуемо. Адаптируясь под таких людей, творческие оптимисты пытаются обещать им определённость, и берут самым на себя непропорционально большую долю риска.

Как же быть?

Понимать, с кем имеешь дело.

— Если имеешь дело с такими же предпринимателими, творцами и специалистами по неопределённости, то расслабиться, принять своё «несовершенство», делить с ними ответственность, давать больше обещаний про процесс и меньше про результат.

— Если имеешь дело с адептами порядка, с людьми, у которых «пацан сказал пацан сделал», и которым опасно говорить «я ошибся, я передумал», то перезакладываться (брать с них «тройную цену»), очень точно управлять ожиданиями (обещать мало, а делать больше) и быть готовым к истерике от любой неопределённости.

Командообразование

В итоге, Саша Мемус провел с нами всего два занятия в этом семестре, и все его внимание было посвящено сплочению ребят внутри команды.

В том числе для этого мы прошли тесты на определение наших типов личности и сильных сторон: чтобы сопоставить сильные и слабые стороны внутри команды и распределить роли так, чтобы мы могли перекрыть слабые стороны друг друга.

Команда — это очень важно при работе над продуктом, поэтому мы провели несколько итераций работы внутри свежеобразованной команды имитируя работу над продуктами, примеряя на себя проекты от других команд.

Внутри команды мы поделились на несколько ролей: менеджер, аналитик и дизайнер (нас как раз было трое). Аналитик мог пользоваться только браузером, дизайнер мог искать референсы и рисовать прототипы, менеджер не мог делать ничего кроме как говорить и координировать.

Итак, менеджер в течении одной минуты получает задание от другой команды. Ему необходимо понять какую проблему будет решать его команда.
После чего даётся десять минут на то, чтобы провести поиск проблемы, найти несколько фактов на которых будет строишься решение, найти референсы и нарисовать прототип решения. По истечении времени менеджер презентует всем результат работы.

С каждой новой итерацией мы менялись ролями внутри команды и брифами с другими командами. Чтобы мы не расплавлялись Саша закручивал гайки: сначала на работу отвели 7 минут, потом урезали речь менеджера на защите до 3 предложений, а в самом конце от начала работы до презентации прошло всего три минуты.

Конечно, мало кто смог сразу продать идею заказчику, сначала все споткнулись на том, что не следили за временем, и дорисовывались все в последнюю секунду, многие говорили непоследовательно, забывали назвать какой-то из пунктов обязательных для презентации, например, показать референсы; очень часто забывали выполнить какое-либо из условий. Но совсем страшным грехом было, если команда говорила несуществующие факты, чтобы набить себе цену — с врунами никто никогда работать не будет, их репутация портится молниеносно.

Как покупать гемы VeVe?

Как покупать гемы VeVe?

1) Купить в самом приложении. Курс гема равен доллару + сверху начисляется комиссия либо гугла, если андроид, либо эпла, если айфон.

2) В чатах. Актуальный курс нужно мониторить. Поймёте по сообщениям и сделкам.
Пример чата: @VeVe2ndMarket
Проводите сделки ТОЛЬКО через гаранта. Гаранты есть в чате, читайте их закреп. Я провёл через них не одну тысячу гемов, а создателю площадки продал не один десяток тысяч гемов.
Чат англоязычный, гаранта там обзывают escrow. Комиссия гаранта 5$, обычно её оплачивает покупатель.

3) У меня, я продаю по 0.8$ за один гем. У меня не всегда есть гемы на продажу из-за лимитов на устройствах. Продаю от 50 гемов. Если заигнорил по этому вопросу, то можете пингануть ещё раз.

Кстати, на перепродаже гемов можно заработать, но это уже другая история.

Массовый опрос

Цель: провести анкетирование людей в определенные часы в пределах заданной территории.
Исторически, в этом методе использовались только бумажные анкеты, но с недавнего времени стали применяться мобильные приложения. На сегодня доступно множество разнообразных решений; в студии транспортного проектирования остановились на приложении Квизер.

Так же, как и во всех других методах, прежде чем в первый раз выйти в поле, полевики обязательно проходят инструктаж и обучение. Они погружаются в проект и вместе с исследователями подробно разбирают анкету и каждый вопрос в ней. До будущих полевиков стараются донести суть того, что главная цель опроса — максимально объективно узнать от респондента цель его пребывания в данном месте. Но, так как большинство полевиков, приходящих на опрос — это новички, которые не обладают необходимыми навыками, то они не сразу понимают, что значит быть объективным и беспристрастным.
Все они делают одни и те же ошибки: перефразируют вопросы своими словами, зачитывают вслух варианты ответов, неправильно или неточно понимают суть вопроса. Все это приводит к нарушению методики, и сильно влияет на чистоту исследования. Эту проблему необходимо решать, повышая уровень обучения, вводя в него больше интерактивных элементов.

После инструктажа и обучения, полевик выходит на точку (кластер). Обычно, в одном исследовании требуется собрать данные с 25 респондентов, число которых, в свою очередь, ограничено квотой — то есть заданным количеством людей определенного возраста. Например, 4 мужчины и 4 женщины возрастом от 18 до 34 лет и т.д.

Полевик приезжает к своему времени на место, логинится в приложении, и, начинает поиск респондентов по квоте.
Во время анкетирования приложение записывает аудио. Между опросами полевик отсылает заполненную анкету и аудио разговора методологам. Те выборочно прослушивают аудиозаписи, чтобы определить, как полевики справляются с заданием. Так же, через приложение, методологи следят за геопозицией полевика.
Таким образом, возможности для фальсификации у полевика практически не остается. Он знает, что его геопозиция отслеживается, а запись опроса может быть прослушана.
В случае, если исследователь при прослушивании анкеты обнаруживает ошибки, то он оперативно связывается с полевиком, чтобы тот исправился или переделал анкету. Новичкам бывает особенно тяжело, поэтому за ними следят наиболее пристально.

При работе с приложением, основным недостаткам является не интерфейс, а логика, с которой методологи составляют анкету. Нередко, в ходе реальной работы, оказывается, что вопрос в анкете сформулирован некорректно, или, вместо одного варианта ответа, необходимо было указывать несколько.
Например, вопрос про то, каким транспортом люди пользуются чаще всего, был именно с такой ошибкой — был доступен только один вариант ответа, тогда как многие люди в равной степени пользуются несколькими видами транспорта.
В таких ситуациях полевики обращаются с обратной связью к исследователям, и в итоге, подобные недочеты исправляются.

Одна из главных проблем полевиков — возможность достоверно определить возраст респондента. По правилам, полевики должны начать анкету сразу после того, как подошли к человеку, и если он не подходит по квоте, но анкета уже начата, полевик не может её досрочно прервать, и им приходится тратить время и квоту на нецелевого респондента.
В таких случаях полевики прибегают к хитростям: либо сначала предзаполняют анкету, а потом находят нужного человека; либо, наоборот — сначала спрашивают возраст, и только после этого начинают проводить опрос.

Так же, большой головной болью являются квоты: часто происходит так, что основной объем квоты опрошен, и остаются какие-то редкие типажи людей, которых приходится долго искать. В таких случаях, после согласования с исследователями, разрешается добирать людей не по целевым параметрам.

Оплата за опрос происходит только за полностью заполненную квоту (она, напомню, обычно составляет 25 человек), то есть за 24 человека не заплатят ничего. И наоборот — если ты перевыполнил план, то сверх квоты доплачивать не будут.

Сколько нужно протестировать пользователей, чтобы обеспечить достаточную для большинства случаев точность исследования?

Сколько нужно протестировать пользователей, чтобы обеспечить достаточную для большинства случаев точность исследования?

Немного матана! Совсем недавно, на интервью я столкнулся с интересным вопросом: «Сколько нужно протестировать пользователей, чтобы обеспечить достаточную для большинства случаев точность исследования?»

И казалось бы, ответ довольно очевидный: мол Нильсен говорит 5. Но почему 5? Откуда это магическое число? Без математики не обошлось.

Автор в статье погружается в тему довольно глубоко, проливая свет на скрытую для многих часть айсберга, и разбирается, так сколько ж нужно-то?

Если прорезюмировать, то можно сказать, что Нильсен не был не прав 🙂 Однако стоит приводить полный ответ:

—————————————————————————

Если во время тестирования эксперименты будут независимыми, а выборка по крайней мере квазислучайной, то мы можем предположить, что при тестировании 5 пользователей мы обнаружим 85% ошибок, с которыми сталкиваются не менее 31% пользователей.

—————————————————————————

Последняя часть, вообще интересная, не правда-ли? ) «Не менее 31% пользователей», то есть в самом неудачном случае 59% пользующихся так и не столкнуться с проблемами. Но это не слишком страшно.

Интересно, что если вы хотите повысить эффективность тестирования, то увеличение выборки не единственный способ это сделать (для приличного уровня понадобиться что-то около 40 испытуемых). Вы можете также повлиять на вероятность появления ошибки. Как не парадоксально, уменьшая случайность выборки (сегментация?), вы можете повысить вероятность возникновения ошибок и тем самым снизить число необходимых пользователей.

http://bit.ly/2UqfhOs

Аврора Харли написала о непредсказуемой работе крестиков, закрывающих окна с формами.

Если пользователь открыл модальное окно с формой и что-то в ней изменил, становится непонятно, что произойдёт, когда он нажмёт на крестик. Сохранятся изменения или пропадут? В разных продуктах крестик ведёт себя по-разному.

Чтобы продукт вёл себя предсказуемо:

1. Запрашивайте подтверждение перед деструктивным действием, когда могут пропасть пользовательские данные. Например, если пользователь закрывает фильтр, не применив его, отобразите диалоговое окно: «Вы хотели бы применить фильтр перед возвращением в список товаров? Да / Нет».

2. Замените крестик на текстовую кнопку, которая чётко даст понять, что произойдёт: отмена или закрытие.

3. По умолчанию проектируйте так, чтобы пользователь не терял данные, нажимая на крестик. Например, в окне с формой нового письма в Gmail это действие приводит к сохранению черновика письма и закрытию окна.

https://ux.pub/otmenit-ili-zakryt-dizayn-neodnoznachnyh-deystviy/