Алан Купер написал, почему сейчас трудно делать удобные продукты.

Чтобы сделать удобный продукт, нужно много времени, денег, знаний и ресурсов. Бизнес ищет способ делать всё быстрее, проще и силами наименее квалифицированных людей.

Практически все специалисты, с которыми Алан знаком, испытывают острый когнитивный диссонанс. Их ценности, взгляды и профессиональная подготовка ориентированы на то, чтобы создавать качественные продукты.

Но социопатичный бизнес не интересуется этим. Ему не нужны деньги кроме как здесь и сейчас, иначе он заботился бы о качестве.

Ничем не ограниченный бизнес грабит рынок, а кроме этого грабит и более ответственные компании, уничтожает сообщества и разграбляет их активы.

Специалисты, будучи ответственными гражданами, пытаются примирить непримиримое. Они спрашивают: «Хотите, чтобы это работало быстрее?», «Хотите, чтобы я рассчитал окупаемость инвестиций?», «Хотите, чтобы я сделал это более джазовым, сексуальным, привлекательным?», «Стоит ли мне быть более гибким?», «Стоит ли мне использовать дизайн-системы, дизайн-мышление, дизайн-методы?».

Всё это как будто мы в кабине самолета с вышедшими из строя двигателями и отрезанными проводами управления пытаемся установить нужные положения рычагов и показания приборов, которые исправят состояние самолета.

Мы ищем ответы не в том месте.

https://vc.ru/design/97289

Как человек решает задачи в интерфейсе

Человек взаимодействует с интерфейсом не для того, чтобы насладиться творчеством дизайнеров и программистов. Он решает конкретную задачу. Происходит это в три шага:

1. Сформулировать задачу. Я подписан на один канал в Телеграме. Он хороший, но надоел оповещениями. Хочу их отключить.

2. Выполнить действие. Полагаю, это делается где-то в самом канале. Захожу в ленту, тыкаю на канал. Вижу внизу большую кнопку Mute. Ага, это наверняка она. Нажимаю.

3. Оценить результат. Кнопка изменилась: Mute → Unmute. Рядом с названием канала появилась иконка с перечёркнутым динамиком. Полагаю, оповещения выключены.

На каждом шаге интерфейс может помогать, а может вставлять палки в колёса. Вот как это бывает:
https://antonz.ru/user-actions/

Евгений Арутюнов рассказал, как устроено дизайн-бюро «Интуиция».

Каждое правило работы бюро Евгений оценил с позиции «а буду ли я его выполнять?». В итоге решил, что ни у кого не будет режима и места работы (все работают удалённо), утренних стендапов, обязательства в течение получаса ответить на письмо или ответить на незапланированный звонок.

У каждого должна быть своя дисциплина. Все обязательства «по умолчанию» отменены, но если сам что-то пообещал — выполняй. Административная свобода и творческая диктатура.

Первым делом учит людей не тупить, коммуницировать, вовремя говорить о проблемах, задавать вопросы, быть способными разговаривать. Научившись этому и работая над проектами, люди со временем начинают делать приличный дизайн. Дизайнер сразу становится мини-артдиректором.

Чтобы попасть в бюро, дизайнер должен быть талантливым и уметь генерировать импульсы, чтобы руководитель за ним не бегал. Например, руководитель отправил письмо с задачей и дальше забыл о ней. Исполнитель должен сам приходить и показывать. Он берёт ответственность за задачу, так как если он её не выполнит, всему бюро прилетит от заказчика.

Дизайнеры учатся писать код, текст, работать менеджерами, общаться с клиентами и управлять своим временем. В проекте люди выступают в разных ролях. Это не значит, что один человек делает в проекте всё (и работа на нём замыкается), но каждый умеет выступать в разных ролях.

Работают над клиентскими проектами, но стараются быть продуктовой командой. Клиентов мало, бюро делает для них одно и то же годами. Итерационная разработка.

Клиентов выбирают, чтобы они не только не были мудаками, но и чтобы у них было чему учиться, и чтобы с ними можно было работать долго.

У каждого есть право сказать «нет». Например, дизайнер не хочет работать с конкретным клиентом. Так вовремя можно получать сигнал, что что-то не так: с руководителем клиент — зайка, а с дизайнером ведёт себя некорректно.

«Всё держится на таких мельчайших соплях», что если что-то пойдёт не так, проблема всплывёт моментально. Никто не успевает накопить обиду, управленческий долг, когда переговоры зашли в тупик, и так далее.

Если есть проект, но под него надо взять ещё 3 дизайнеров и 10 разработчиков — проект не берут. Растут только когда есть готовые внутренние ресурсы. Подбирают проекты под команду (на момент записи это 7 человек).

Сразу говорят клиентам: «Мы вовремя делать не умеем, можем поделать для вас сайт и периодически выкатывать новые версии. Мы распиздяи, но мы делаем вещи. Мы показываем это в самом начале и не работаем с клиентами, которые этого не понимают».

Зарплат нет. Есть открытая информация о деньгах в проектах. Люди, которые делают эти проекты, распределяют эти деньги. Есть подсказки, как это делать, но всё держится на персональном представлении о справедливости того человека, который координирует проект на конкретном этапе (дизайн, разработка).

Всё это нельзя внедрять частями, эти принципы работают только целиком. Информацию о деньгах нельзя открывать тем, кто не успел поработать в разных ролях и не понимает, из чего складывается успешный проект. Без этого каждый считает свою роль главной.

Для мелких трат у всех есть доступ к расчётному счёту. Единственный риск — человек недооценит свою работу и будет просить слишком мало. Чтобы человек хорошо распределял деньги, он должен быть хорошо проинформирован. Координатору проекта Евгений продаёт свои услуги артдиректора. Это внутренний рынок.

Есть полочка, на которую надо отложить 20-25% от бюджета проекта. С неё можно брать деньги на развитие, обучение, компенсации ударов судьбы, офис и поездки (когда они были). На маркетинг трат сейчас нет. Если на полочке что-то пролежало 2 месяца и осталось невостребованным, это прибыль, которую забирает Евгений. Это мотивирует работать над развитием бюро на длинной дистанции.

Бюджет проекта не влияет на процесс. Всегда надо следовать своему дизайн-процессу и делать хорошо. Но и брать за свою работу надо по-максимуму.

Каждый сотрудник бюро — индивидуальный предприниматель, но не только в юридическом смысле. Каждый может делать свои проекты, предпринимать что-то, работать в других неизвестных командах (например, пока буксуют проекты бюро), со своими клиентами.

Способ удержания людей в команде — неоткуда уходить. Нет ни одного фактора, из-за которого сотрудник захочет уйти. Можно зарабатывать внутри бюро и вне. Поедете в другую страну — никто об этом даже не узнает.

Это не рецепт организации работы, это образ жизни. «Мы хотим играть, а не искать баланс между работой и жизнью». Этой схеме работы примерно 2 года, к которой пришли от более классического фриланса с помощниками.

Может показаться, что всё завязано на Евгении, но это не так. Проект всегда можно поручить команде с отдельным руководителем, и выгрузить его из своего головы.

А тем временем, уже прошло 3 занятия

На второй лекции нам рассказали про дорожную карту, по которой будет проходить наша работа над проектом. Построена она по принципам дизайн мышления (ДМ).

Я встречал различные формулировки дизайн мышления, Алина охарактеризовала ДМ следующим образом — это методология творческого поиска в условиях неопределенности, нацеленная на выявление и решение ключевой пользовательской задачи.

По сути ДМ — это решение проблемы, запрос на которую указал пользовать. Есть мнение, что проводить ДМ нужно в первую очередь для бизнеса (заказчика), чтобы обосновать ему, почему нужно делать удобно, решая проблемы пользователей, а не только бизнеса.

В любом случае, ДМ, это самый настоящий инструмент, позволяющий путем набора определенных методов выявить сначала проблему, а затем сгенерировать обоснованное решение.

У меня несколько раз была возможность поучаствовать в полноценной сессии дизайн мышления, но, в итоге, так и не срослось.

Надеюсь, после прохождения этих этапов в рамках нашего проекта, и мне и вам станет яснее, что из себя представляет процесс ДМ.

Сейчас наша команда активно работаем над первым этапом — эмпатия, в ходе которого мы должны провести глубинное интервью с пользователями, выявить их мотивацию, ценности, страхи и опасения.
Мы уже успели провести несколько встреч с заказчиком, а на сегодня у нас запланировано целых пять интервью с людьми, непосредственно выходящими в поле — полевиками.

О том, что интересного нам рассказал заказчик и как мы составляли методологию для интервью с пользователями, я постараюсь рассказать на этих выходных, ибо времени, действительно, стало катастрофически не хватать.

Впечатления от станции

На конференции были специальные зоны, в которых можно было пообщаться с Алисой. Хочу поделиться своими впечатлениями об интерфейсе и пользовательском опыте.

Самое главное отличие Яндекс Станции от конкурентов — её можно подключить к телевизору, и если опыт общения с голосовым помощником у нас уже есть (Siri, Google Assistant), то как будет выглядеть взаимодействие с голосовым ассистентом, который в тоже время имеет визуальный интерфейс? Очень интересно.

Итак, интерфейс подключенной к телевизору Алисы внешне очень напоминает интерфейс любого умного телевизора, все что показано на экране и не является контентом — это и есть кнопки. Если можно листать далее, то на кнопке так и написано «далее», получается, это даже не кнопка — а подсказка к вашей команде. Например, если мне нужно выбрать третий фильм в списке, то на карточке с фильмом так и будет написано — «3».

Мне кажется, что когда подобное взаимодействие станет чем-то обыденным — такие подсказки перестанут быть нужны, как в свое время отпала нужда в скевоморфизме — все выучили, что кнопка это кнопка, и её больше не нужно было отрисовывать как реальную кнопку со всеми тенями.

Во время демонстрации мне особенно интересно было узнать, как Алиса обрабатывает ошибки, ведь если по голосу она меня не поняла, то ввести более точный запрос у меня никак не получится. Парень, проводящий демонстрацию, показал это на примере вопроса о погоде на марсе — Алиса просто не смогла ответить, сказала, что не знает. Тогда я спросил у неё «а в москве?» и она поняла контекст — дала прогноз погоды по Москве. Это здорово.

Дальше, я хотел выяснить как она понимает, где показывать мой запрос — на ютубе, на кинопоиске или амедиатеке. Парень попросил Алису показать котиков, и она открыла ютуб. Но я решил дать запрос посложнее и попросил показать мне видео Усачева — Алиса также открыла ютуб, но выборка была не самой очевидной — какие-то рандомные видео из ютуба с непонятными людьми (хотя по идее канал Руслана Усачева один из топовых). А если я имел в виду писателя? По итогу, мне было не очень понятно, как Алиса выбирает место поиска, и как мне уточнить какой-нибудь сложный запрос.

В итоге, чувак, проводящий демонстрацию, поделился тем, как они думают обходить ограничения голосового ввода — есть вариант подружить Алису с пультом от телевизора, либо встроить навигацию прям в мобильное приложение.

Еще, как мне кажется, очень важно, чтобы такие интерфейсы давали быструю обратную связь — ведь у нас нет физического контакта, зато есть паттерн общения в диалоге, и если наш собеседник будет тупить — это испортит все взаимодействие. У Алисы пока с этим все в порядке.

Это все очень интересно — новый опыт взаимодействия с цифровыми продуктами, другая степень абстракции, когда не надо искать необходимую функцию, а можно напрямую её вызвать. Как сказал Аркадий Волож, прогресс неостановим — уже через несколько лет это станет стандартом.

А как вам Яндекс Станция?

Продолжение про питч. Компоненты.

Основные вопросы, на которые отвечает питч: что делаем, зачем делаем и почему это стоит делать. Вокруг этого уже разбрасываются дополнительные уточнения.

Чтобы было проще жить, питч давно разбили на понятные компоненты. В приближенном (и почти полностью укомплектованном) виде это:

1. Purpose
Компания одной фразой.

2. Problem
Проблема, которую компания/продукт адресует.

3. Solution
Решение проблемы обозначенной сверху.

4. Why now
Почему именно сейчас? Чем хорош момент? Почему нельзя было раньше?

5. Market
Цифры (абсолютные) про рынок, подтверждающие валидность истории.

6. Competition
Другие зайцы на районе. Можно подчеркнуть похожести или отличия, что релевантнее.

7. Team
Хвастовство командой (если есть чем).

8. Revenue model
Очень упрощенная бизнес модель из который становится понятно, откуда идут деньги кроме инъекций от фондов и инвесторов.

9. Traction
Первые пользователи, договор с бизнес-партнером, существующие инвестиции или другой прогресс — все, что увеличивает силу сцепления.

10. Ask / Financials
Запрос на ресурс (напри. Финансы) в виде конкретной цифры и короткий план (с временной рамкой) выхода на самоокупаемость.

11. Vision
Почти то же самое, что первое — но с заделом на 5-15 лет вперед.

12. Appenix
Детали-слайды в кармане, уготованные на случай Q&A. Никогда не пробовал, но могу придумать ситуации, где это полезно.